Запретная литература для самых маленьких

Запретная литература для самых маленьких

Несмотря на то, что нынешнее поколение в большинстве своём воспитывается не родителями, а интернетом и телевидением, правительство отчего-то решило взять и запретить детскую литературу. Не всю, конечно, всё же не времена ГУЛАГа. Но существуют определённые рамки, куда вписываются не все произведения: в 1920-е годы запрещали развлекательную детскую литературу (т.к. она не учит ничему полезному), а в наше время вне закона может оказаться повествование, которое может расстроить ребёнка, показав ему неприглядное закулисье взрослой жизни.

Однако если порыться в закромах памяти, то очень быстро понимаешь, что все те истории, на которых выросли мы – чистой воды призыв к анархии, прививание аморальных ценностей детям. Дядя Фёдор из Простоквашино – сбежал из дому, живёт в антисанитарных условиях, Карлсон занимается кражами съестных припасов в особо крупных размерах, бременские музыканты не имеют прописки и не платят налоги. Но ведь странное дело: все эти маргинальные лица научили людей разумному, доброму и вечному.

Помимо этого, в России окреп патриотизм. И проявился в неправильной форме: у некоторых представителей он стал выражаться не любовью к своей стране и людям, живущим в ней, а к отрицанию всего зарубежного. Под раздачу попала и литература. То тут, то там слышатся разговоры политически обеспокоенных родителей, утверждающих, что «Белоснежку» читать не нужно, ведь есть исконно русская «Сказка о мёртвой царевне». И название тут уже почему-то никого не смущает.

Детская литература развивает фантазию и воображение, помогает узнать мир. Никто не говорит о том, что наши сказки плохи, но сказки других стран пропитаны абсолютно иным духом. Люди, избравшие своей работой профессиональный перевод, как никто иной могут подтвердить, что постоянно соприкасаясь с другими культурами через книги, фильмы, соцсети, человек становится толерантнее. Изучая литературу других стран, человек учится не бояться «иных», «чужестранцев». Даже самый маленький человек воспринимает эту мысль. Видимо, в том-то и кроется диверсионная сила, из-за которой книги для детского и школьного возраста кому-то хочется упразднить.